Слуховой аппарат – это моя маленькая суперсила

Слух я потеряла лет в пять. С одной стороны, здорово, что так и случилось – потому что я научилась говорить раньше, чем оглохла (да, я часто называю себя глухой – поверьте, в этом нет ничего ужасного и обидного!). Врачи в то время говорили, что если бы такая слабослышание произошла со мной при рождении, то вряд ли я научилась бы четко говорить. А так можно сказать, что мне повезло.

Но с другой стороны, никто не знает, почему я вдруг начала плохо слышать. Представьте реакцию моей мамы: в один прекрасный день ребенок перестает реагировать на звуки. То есть, если кричать во всю глотку, то я слышала, но общаться, как раньше, она уже не могла. Просто бах – и все. Как отрезало. Без видимой причины. И это было очень странно.

Мама потащила меня по врачам, и никто не мог четко объяснить ей, почему это случилось. Простудила уши? Бывает и такое. Ваша девочка очень любит бегать без шапки. Спортивная травма? Не исключено. Ваша Маша с четырех лет занимается спортивной акробатикой, часто падает с турников. Родовая травма? Тоже возможно. Она же у вас родилась не головкой, а ягодицами вперед, может, когда вытягивали, то повредили нерв. Какой нерв? А мы не знаем, если честно, это просто одна из версий.

Итак, все говорили абсолютно разные вещи, и никто ни в чем не был уверен на сто процентов. Сейчас это, в принципе, уже неважно, но согласитесь, ситуация странная.

Могу ли я сказать, что переживала после потери слуха? Еще бы как! Это очень тяжело психологически. Особенно когда тебе пять лет и ты гиперактивный и супер-коммуникативный ребенок. И вместо того, чтобы громко смеяться в компании сверстников (очень люблю смеяться – именно СМЕЯТЬСЯ, громко и много, чтобы потом живот болел!), ты напрягаешься, чтобы уловить хоть какой-то смысл разговора. Это был постоянный стресс.

В таких ситуациях я очень рекомендую говорить. Просто говорить о том, что тебя касается. Спрашивать. Обсуждать важные темы – пусть они для кого-то и кажутся на первый взгляд смешными и бессмысленными. Меня никто ни разу не спросил, что я чувствую, когда вместо человеческих голосов звучит море – это я так назвала свою глухоту после того, как посмотрела фильм «Страна глухих». Помните, там был диалог:

— А как это, не слышать?
— Ну, так, как будто море в ушах.
— Хорошо, наверное, все время слышать море.
— Хорошо слышать, как двери открываются. А то все море и море.

Так получилось, что я резко погрузилась в это море. И уже не вынырнула. Вернее, вынырнула, когда надела слуховой аппарат, но это произошло лишь через несколько лет. А до этого я тупо болталась под водой. Боролась, как-то там плыла. Никто не спрашивал, как я вообще держусь на плаву – ведь держусь, что еще надо? А надо было бы спросить. Неважно, взрослый ты или ребенок – всегда важно говорить о том, что ты чувствуешь. Особенно когда происходит что-то такое внезапное и плохое в жизни – хоп и все.

Могу ли я сказать, что мне мешает глухота? Нет. Я работаю журналистом, в моей жизни было немало пресс-конференций и интервью. Я общалась с политиками, президента ми, рестораторами, шеф-поварами, киноактерами и режиссерами. И ни разу не было, чтобы моя глухота помешала мне написать классный текст. Все, что нужно – это просто сказать в начале разговора: «Говорите громче, я плохо слышу». Не нужно стесняться. Это не Ваня Дорн поет, это я вам говорю. Не слышать – это нормально. Иметь недостатки – это нормально. Идеальных людей нет, их просто не существует в природе. У кого-то длинный нос, у кого-то бородавки, у кого-то ноги кривые, а кто-то плохо слышит и носит слуховой аппарат Oticon.

А самое крутое в этом аппарате для меня то, что я могу в любой момент его выключить, и тогда мне будет все равно, что сосед рядом делает ремонт, сосед снизу громко слушает музыку, а соседи сверху делают очередного ребенка. Это моя маленькая суперсила, понимаете?